18+
18+
IT и телеком, IT, Бизнес, IT-Томск, Томск Rubius IT Сложный путь к простым решениям.Как томская компания Rubius завоевала мир

Сложный путь к простым решениям.
Как томская компания Rubius завоевала мир

В Томске среди высоченных сугробов и лютых морозов вырастают не только ёлки, но и успешные IТ-компании.

Очередные герои проекта «IT-Томск» — компания Rubius — разработчики программного обеспечения для заказчиков из США, Германии, Южной Кореи, Японии и других стран.

Работа на экспорт позволила Rubius стать брендом, который известен далеко за пределами Томска и России. Компания тесно связана с вузовской средой города — сотрудники с удовольствием передают накопленный опыт новому поколению, преподавая в местных университетах. Проводит одно из крупнейших отраслевых мероприятий для томских программистов — конференцию DevPRO (в последней из них, организованной при поддержке Microsoft, приняли участие порядка 450 человек).

О том, как Rubius стал Rubius’ом, как компания из Томска перешла от создания сайтов-визиток к разработке инженерных и корпоративных систем, вышла на мировой рынок и как участвует в подготовке технологической революции — в очередном материале проекта Томского Обзора «IT-Томск».

Лабораторный продукт

История Rubius’а берет начало в лаборатории ТУСУРа. Здесь трое выпускников — Мария Дорофеева и два Сергея, Дорофеев и Кошевой, — участвовали в создании уникального наукоемкого продукта, на котором могли и хотели бы заработать. Продукт был предназначен для автоматической генерации радиоэлектронных схем, им даже заинтересовалась американская компания AWR, посчитав разработку прогрессивной. Но коммерциализовать ее не удалось — научный руководитель проекта был больше заинтересован в усовершенствовании методики, чем в развитии бизнес-темы. Тогда будущие основатели Rubius решили реализовать свои амбиции по-другому и создать независимую компанию.

Кубик Рубиуса

Как это часто бывает, первоначально основатели просто выбирали благозвучное название со свободным доменом в зоне .com. Так, Rubius мог бы называться «икслаб», «зетлаб», «игреклаб», «икссофт», «зетсофт», «игрексофт» и далее — рассматривались сотни вариантов. А потом под руку попала популярная инженерная игрушка — кубик Рубика… Ее и обыграли в названии. Решить такую головоломку с разбегу не получится, но она становится элементарной, если знаешь алгоритмы. Отсюда и слоган компании — «Простые решения». Изначально он был чуть длиннее — «Простые решения сложных задач», но лишнее в процессе использования просто отсеклось и превратилось в «simple solutions».

Таким образом, в 2008 году в Томске появилась компания Rubius, специализирующаяся на разработке виртуальных 3D-туров, только-только появившихся на рынке, и параллельно разрабатывающая «сервис мечты». Им был некий городской портал, на котором можно было бы продавать недвижимость, автомобили и много чего еще. А 3D-туры на заказ позволяли обеспечить приток средств на выживание.

За них в компании взялись серьезно — провели маркетинговые исследования на томском рынке, создали собственные инструменты по работе с визуализацией и даже успели предложить продукт томским заведениям. Им идея понравилась, компания стартанула. Но пришел 2008 год, а вместе с ним и кризис, который не принес начинающему бизнесу ничего хорошего. Большинство заведений на волне финансовых проблем отказались от разработки 3D-туров.

Методом проб

Чтобы как-то выжить, сооснователям приходилось работать по 12 часов в сутки ежедневно, без выходных и отпусков. Они сохранили за собой места в вузовской лаборатории и почти все полученные там деньги передавали на зарплату своим работникам. В таком режиме Rubius работал почти два года. Но, несмотря на сложности, в тот период в компании успели сделать довольно много 3D-туров не только по ресторанам, но и по музеям Томска и Северска.

Слева направо: Антон Кудинов, Сергей Кошевой, Сергей Дорофеев, Мария Дорофеева

— А потом одна из наших сотрудниц ушла, прихватив с собой и технологию, и у нас появился конкурент, потом еще один. В итоге они опустили цены, и рынок заполонили некачественные виртуальные туры. Мы делали хорошо — цветокоррекцию, ретушь. Например, дорисовали кусок реставрируемой стены в Богоявленском соборе, или убирали попавший в кадр мусор. Это довольно трудоемкие вещи. Но заказчику сложно объяснить — почему это у нас стоит в несколько раз дороже. В итоге проще оказалось уйти с этого рынка, — вспоминает Сергей Кошевой.

И переключиться на веб-разработку. Но рынок разработки сайтов тоже оказался непрост — он был «просажен» школьниками, готовыми выполнить работу за копейки. Это осложняло ценообразование, особенно в условиях недостатка у Rubius практического опыта. Компания брала проекты по разработке, плохо представляя, как соотносится цена сайта для клиента со стоимостью его создания, и тратила больше, чем зарабатывала. После серии неудачных опытов нерентабельный отдел веб-разработки был расформирован. Оставшиеся обязательства по контрактам закрывали еще около полугода.

Встать на ноги

Остаться на плаву в 2009 году помог грант «Бизнес-Старт» на миллион рублей. Тогда же одногруппник Сергея Дорофеева — Дамир Хайрутдинов, работавший в питерской компании «АСКОН», предложил компании сотрудничество.

Суть проекта была проста. В северной столице придумали идею программного продукта для проектирования линий электропередачи, а Rubius предложили за свой счет разработать этот продукт. «АСКОН» был готов занялся его продажей, прибыль планировалось делить пополам. Томичи согласились и взялись за разработку. Справившись, томская компания хорошо зарекомендовала себя. Петербургские партнеры начали направлять в Томск часть своих заказчиков, которые хотели кастомизировать продукт.

А в 2010-м по рекомендации Дамира в Rubius обратился крупный системный интегратор «Русский САПР» из Москвы, так же занимавшийся разработкой продукта для проектирования высоковольтных линий электропередачи, но другого класса напряжений. В итоге на базе Rubius был открыт офис разработки, который занимался реинжинирингом продукта москвичей. Кроме того, «Русский САПР» находил заказчиков и проекты, которые впоследствии передавал на разработку в Томск.

Выход за рубеж

Опыт серьезной заказной разработки позволил сибирской компании наработать компетенции и полноценно встать на ноги. И вскоре Rubius начал искать заказчиков самостоятельно.

Череда случайностей свела компанию из Томска с американцами: «АСКОН» познакомил сибиряков с Андреем Ловыгиным, директором питерского «ЛО ЦНИТИ», представителем международной компании DP Technology в России. Тот попросил решить для него небольшую прикладную задачу, а, оценив результат, предложил томичам создать совместный продукт для заказчиков из США.

У американцев уже был программный продукт ESPRIT для управления станками с числовым программным управлением (ЧПУ). Но им требовалось решение, позволяющее быстро объяснить станку, что именно нужно делать — в частности, отредактировать форму объекта, например, корпуса телефона. Rubius оперативно включился в проект и быстро добился результата. Томские разработчики создали решение, с помощью которого оператор мог одновременно и рисовать продукт, и обрабатывать загруженную заготовку.

— Когда мы продемонстрировали получившийся продукт владельцам DP Technology в США, они были в восторге: звали своих инженеров, говорили: «Как они могли это сделать, это невозможно!». А мы просто разводили руками — для нас это были обычные вещи, — рассказывает Сергей Дорофеев.

Так Rubius заинтересовались американцы. У зарубежных коллег созрела идея масштабного продукта для производителей, использующих устройства с ЧПУ — своего рода App Store для владельцев станков. Например, для создания того или иного изделия производителю приходится искать нужный инструмент, узнавать его стоимость, сравнивать и так далее. Новый продукт решал проблему подбора подходящих инструментов исходя из того, что должно получиться в итоге. При этом он ранжировал нужный инструмент по цене, производителю и наличию на складах. Разработку этого продукта американцы решили доверить Rubius. В этом же году томская компания сотрудничала с ними, как с прямым заказчиком, а затем американские партнеры в 2013 году решили открыть на базе Rubius R&D-подразделение — DPLabs.

В новое подразделение перешли лучшие разработчики. Довольно быстро был сделан новый собственный продукт — Rubius Project Manager, который в дальнейшем стал одним из «флагманских» в компании. Его продажами также занялся «АСКОН».

Штат рос, компания развивалась и в какой-то момент томичи вновь отправились в США — за перспективами.

В поисках будущего: из США в Южную Корею

На этот раз руководство Rubius’а побывало в Аризоне на конференции The Congress of the Future Engineering Software (COFES), посвященную будущему в разработке программного обеспечения. На участие потратили гигантские деньги — томичи хотели найти здесь заказчиков, однако сделать это было непросто: на конференции мало кто интересовался заказной разработкой. Но один из организаторов масштабного форума, с кем удалось пообщаться томичам, направил их в Калифорнию к своему товарищу, которому могло быть интересно сотрудничество с талантливыми инженерами и программистами.

— Просто мы напомнили ему сыновей, — улыбаясь, говорит Кошевой.

— А еще забавно — мы были в одинаковых шляпах, и потом нас узнавали именно по ним, когда с нами переписывались. Все такие: «О, это же те два Сергея в шляпах!», — вспоминает Дорофеев.

Договорившись о встрече и терзаемые смутными сомнениями, томичи отправились в Калифорнию. Предполагалось, что с ними пообщается человек, работающий в миллиардных стартапах, знающий «топов» всех ведущих мировых IT-компаний. В общем, гости из Сибири не очень-то знали, чего ждать от встречи, но то, что в итоге произошло, изрядно их удивило.

— Я ожидал, что приедет человек на лимузине с чемоданами наличности и скажет: «Вот вам заказ». А он приехал на велосипеде, кудрявый, в желтой куртке, в носках, натянутых поверх брюк, чтобы, наверное, не попадали в спицы. Этакий сумасшедший ученый, в положительном смысле. Мы очень интересно с ним пообщались, хотя я не понял на тот момент практически ничего — в процессе разговора он постоянно придумывал новые интересные идеи: распознавание голоса, самозаряжающиеся квадрокоптеры, беспилотные автомобили, понимающие пространство и тому подобное… А потом сказал: «У нас есть проект, давайте работать», — рассказывает Сергей Дорофеев.

Так на Rubius «упал» очень интересный, дорогой проект, связанный с технологиями компьютерного зрения и дополненной реальности. И, возможно, он даже произведет технологическую революцию. Томская компания, ставшая частью этого большого международного проекта, работает над ним уже два года, вот-вот о проекте узнает и весь мир.

Языковой центр

В 2013 году, при появлении перспектив активной работы с американскими заказчиками, руководство Rubius пришло к выводу, что надо подтягивать язык. Сначала наняли репетитора, затем поняли, что проще взять специалиста в штат. Так в компании появилась Ольга Мальцева, довольно быстро отстроившая успешную работу:

— Сложно сказать, в чем секрет ее успеха. Возможно, Ольга нашла подход именно к нам, технарям. Зачастую преподаватели английского — гуманитарии, которые отучились в педагогическом в окружении гуманитариев и пропагандируют такое же обучение. Но для нас это не работает, нам нужны схемы, таблицы, графики, чтобы это все укладывать себе в голову. Ольга увидела эту потребность и ее реализовала, наш уровень английского просто взлетел, — рассказал Сергей Кошевой.

В итоге у Мальцевой начали заниматься не только сотрудники, но и их родственники и знакомые. Так в Rubius решили открыть новое направление — коммерческий языковой центр. Здесь обучаются небольшие группы до шести человек, разделенные по уровню и потребностям. Например, если приходит команда продавцов, их учат, как продавать на другом языке, помогают вычитывать письма, готовиться к важным презентациям. Если пришли программисты — им дают больше технических тестов. Хорошо себя зарекомендовав, центр разросся до 200 учеников без особых усилий по продвижению. Не так давно учреждение получило образовательную лицензию, и теперь его выпускники получают сертификаты гособразца.

Еще одна интересная история произошла с Rubius, когда компания буквально брала штурмом офис будущего южнокорейского партнера. Томичи решили найти заказчика в этом регионе. Партнеры из «АСКОН» порекомендовали одну корейскую компанию, дали контакты и предложили с ними встретиться. Руководство Rubius трижды безуспешно пыталось выйти на связь с корейцами. Тогда решили зайти к ним в офис: вычислили, где он находится, и отправились на встречу. Но тут возникла непредвиденная проблема:

— Нам говорили, что в Корее 99% людей говорят по-английски, мы поняли, что на деле все наоборот — 99% людей на нем не говорят. Это усугубляется тем, что надписи там тоже не на английском. Поэтому мы минут 15 искали в том здании, где находится нужная компания. Нашли, пришли к ним, сказали: «Мы вам писали — встречайте нас», — вспоминает Сергей Кошевой.

Корейцы испугались, сказали, что человека, говорящего на английском, сейчас нет и, соответственно, ответить томичам никто не может. Но, посовещавшись, все-таки решили принять нежданных гостей. Разговор велся буквально на пальцах, рисовали на досках, махали брошюрами, активно использовали переводчик от Google и весь доступный человеческому телу мимический арсенал. Так Rubius рассказал корейцам о своих компетенциях, а те — объяснили свои задачи. Договорились сделать один проект, затем другой. В результате томичи разработали для корейцев корпоративную 3D-модель сталелитейного завода и программное обеспечение для принтера нового поколения, который печатает металлом.

— Интересно в этом проекте было то, что мы целую группу наших программистов посылали в Корею, и они две недели работали у заказчиков на заводе. Там у них отрубили все способы коммуникации с внешним миром, чтобы программисты «допилили» продукт, который мы делали в Томске, и наполнили его секретными данными, которые нельзя передавать вовне, — рассказывает Антон Кудинов.

Проект успешно завершили, сотрудничество продолжили.

+1

Параллельно с Rubius в Томске развивал свою компанию Антон Кудинов. Его «Сибирский Центр высоких технологий» появился на свет в 2005 году на базе лаборатории ТПУ. Компания более 10 лет работала над проектом для нефтегазовой отрасли.

— У нас был ограниченный пул заказчиков — всего три, но крупных. Проекты были большие, сложные, с очень непростыми взаимоотношениями и с заказчиками, и внутри команды, потому что программисты уставали от длительных задач. И у нас были сложности с привлечением кадров. Студенты приходили, вырастали, потом им надоедало работать над этим продуктом. То есть перспектив роста у этой компании было крайне мало, — вспоминает Антон Кудинов.

Полтора года назад Rubius выиграл тендер одного из подразделений ГАЗПРОМ на разработку продукта, в котором компания Антона имела очень хорошие компетенции. Тогда и возникли их взаимоотношения. Центр не принимал участия в тендере, но Rubius предполагал, что они могли бы стать партнерами. Поработав вместе, руководство компаний пришло к выводу, что у них есть общие интересы, ценности, взгляды на мир. Тогда было решено объединиться, и в 2015 году Центр влился в группу компаний Rubius.

— Мы достаточно бурно расширялись все эти 8 лет. Проектов становилось все больше, получалось, что продажи работали быстрее, чем мы успевали усиливать «производственный» отдел. Поэтому команда Антона была нам чрезвычайно интересна — она была сработана, у нее были сильные компетенции, особенно на длинных проектах, на чей рынок тогда мы только начинали заходить. Были интересные заказчики, которые также автоматически перешли к нам, — рассказывает Сергей Дорофеев.

— Мы принесли компетенции по реализации больших сложных проектов, это позволило компании выйти на рынок с совершенно новым, интересным продуктом для обслуживания и ремонта оборудования, а также привлечь другие проекты, которые бы ни мы, ни Rubius не смогли бы сделать в одиночку. Зато теперь мы их реализуем и очень успешно, — поясняет Кудинов.

Стереотипы

Как международной компании, находящейся в Сибири, Rubius приходится работать со стереотипами, сформировавшимися у иностранных заказчиков. Одни спрашивают о Путине и КГБ, о том, часто ли мы даем взятки чиновникам, рэкетирам или заказчикам, сколько за раз можем выпить водки. Для других Сибирь — некое сакральное, магическое место, даже не совсем Россия. У кого-то Томск ассоциируется с морозом, из-за которого мало кто решается отправиться сюда зимой.

Мало кто может представить, что посреди Сибири стоит современный и инфраструктурно развитый город, в котором Интернет, Wi-Fi и сотовые телекоммуникации работают лучше большинства городов Европы и Америки. Иностранцам Томск нравится, по приезду он очень сильно их удивляет. Многим очень нравятся томские девушки.

— У нас был забавный случай, когда мы повели большого американского заказчика в ресторан, он там увидел официантку и сказал, что она копия французской актрисы, очень сильно хотел ее найти в интернете показать, но не смог подобрать пароль к Wi-Fi. Я при нем попробовал подобрать пароль по названию ресторана, он подошел. Я ему сказал: «Вот, я подобрал пароль». У него были огромные глаза: «Вы все хакеры, что ли?», — смеется Кошевой.

Но есть и положительные стереотипы, с которыми приходится работать томским IT-компаниям — мнение о русской инженерной школе и уровне русских программистов.

— Когда ты приходишь к ним, тебе не приходится говорить — мы из Сибири, ходим в лаптях, медведи, сосны, минус сорок, но мы умеем программировать. Это априори — если русские, значит, с программированием все в порядке. Это классно, — вторит ему Дорофеев.

У офиса компании есть бонус — крыша под окнами, на которой удалось обустроить террасу. Летом на террасе стоят качели и можно устраивать пикники, а зимой — снеговик по имени SnegoGeek. Весь набор благ, вроде кухни для сотрудников, спортивных снарядов, комнаты для массажа (с оплачиваемым массажистом в придачу), стола для пинг-понга и «вкусняшки недели» для сотрудников тоже в наличии.

Остаться в Томске

Rubius остается томской компанией. Руководство хочет сделать Томск более престижным для айтишников, превратить его в IТ-центр России. Правда, тут все не так просто. С одной стороны, в Томске несколько профильных вузов, которые могут готовить IТ-специалистов. С другой стороны, есть несколько факторов, которые ведут к кадровому дефициту.

— Лет 10 назад основной костяк выпускаемых программистов составляли программисты-универсалы. Они делали что угодно. Сейчас все больше чувствуется разделение труда и дробление компетенций. Cоответственно, сейчас такого понятия, как «просто программист» не существует. Отдельно мобайл, веб, базы данных, фронтенд, бэкенд. Поскольку сами технологии достаточно сложные, они еще усложняются, появляется больше специфичных фреймворков, языков, сред и отраслей применения и в каждой из них надо что-то знать. И эта специализация углубляется, поэтому «вдруг» найти программиста под задачу или вырастить «универсального программиста», который во всем хорош очень сложно, — рассказывает Антон Кудинов.

С другой стороны, руководство Rubius отмечает и влияние демографического фактора. Из-за демографической ямы престижные специальности получают молодые люди, которые 10 лет назад просто не поступили бы в вуз.

— Если раньше были 5–7 очень талантливых студентов из группы в 20–25 человек, с которыми приятно работать, и ты чувствовал отдачу, видя на выходе результат в виде рождения нового инженера, то сейчас это 1–2 человека. Общий средний уровень упал, — считает Дорофеев. — Плюс «вымылся» профессорско-преподавательский состав — хороших специалистов повыдергивал бизнес. Мы вынуждены расхлебывать эти последствия, что-то делать, поэтому сами преподаем в ТПУ, ТГУ и ТУСУР, устраиваем семинары, конференции, чтобы подтягивать людей.

Сказывается и удаленность томского IT от центров — той же Москвы или Кремниевой долины, где проходят основные конференции. Потому обмен знаниями в Сибири идет не так интенсивно. В Rubius отмечают, что в городе проходят всего две конференции, где принимают участие больше сотни человек — Город IT и DevPRO. Но учитывая количество программистов в Томске, таких мероприятий должно быть больше.

— Люди у нас более закрытые, менее общительные, чем за рубежом, хотя уровень компетенций выше в среднем. Тот же Хабр — это уникальное явление, за рубежом таких порталов практически нет. У нас особенная технологическая субкультура, она уникальная, и способствует рождению очень талантливых программистов. Можно, конечно, сказать — да что там в России, вот в Кремниевой долине… Но если копнуть там любую компанию, практически везде на топовых позициях будут стоять русские. Программисты, которые делают самые сложные задачи — это, как правило, наша российская школа. Поэтому шапкозакидательства не надо — «вот у них там технологии, а у нас ерунда». Это неправда. Наоборот, наши специалисты, когда едут туда, они и учат, как разрабатывать. Технологическое превосходство — это сильное конкурентное преимущество российских разработчиков в быстроменяющемся мире IT-технологий, — уверен Дорофеев.

Текст: Егор Хворенков

Фото: Сергей Стёпин

Тэги/темы: