18+
18+
Креативные индустрии, Культура в Томске, Кино, томск купон на измену съемки кино cast шведов Ночное кино, или «Как я снималась в массовке»

Ночное кино, или «Как я снималась в массовке»

Как проходят съемки художественного фильма, почему это может быть скучно и чем важен для Томска проект CAST?

Разбираемся с двух сторон: наша колумнистка Катерина Маас побывала на съемках и описала свои впечатления, а режиссер и педагог Николай Коновалов объяснил, почему все так и чем это хорошо.

АВТОР
Катерина Маас

В пятницу после обеда редактор написала мне таинственно, не хочу ли я принять участие в съемках короткометражного фильма.

Сердце забилось быстрее — вот она, легкая поступь славы! Но на деле все оказалось проще и прозаичнее — в редакцию пришло приглашение на съемки в массовке короткометражного томского фильма с Денисом Шведовым «Купон на измену», и моя кандидатура показалась достаточно легкомысленной и авантюрно-настроенной для подобного задания. Конечно же я согласна. Получаю координаты места встречи и телефон для связи, и отправляюсь навстречу приключениям.

Суббота, 22:30. В холле торгового центра «Изумрудный город» пусто и спокойно. Последние покупатели выходят из супермаркета Interspar, а я жду сбора участников съемок. Которые вообще-то назначили на 23:00, но я приехала за полчаса, чтобы увидеть все с самого начала. На улице холодно, поэтому я стою внутри и надеюсь, что охране сегодня не захочется демонстрировать свою власть. Вот мимо проходят две девушки, явно студентки и скорее всего — участницы съемок. Подхожу к ним, спрашиваю — на съемки массовки? Ответ утвердительный. Представляюсь, завожу разговор.

Саша и Наташа (имена изменены) на съемках впервые, как и я. Только у меня задание редакции, а у них чистое любопытство. Саша через своего преподавателя по режиссуре и операторской работе знакома с организатором, и пришла, чтобы увидеть съемочный процесс изнутри. Наташа — химик, и участвует в этой авантюре за компанию с подругой. Пока мы разговариваем, в холле собираются еще люди — одна девушка с пакетом из доставки китайской лапши и термосумкой, несколько парней с сумками, забитыми аппаратурой, и люди из массовки.

Сперва никто не знает точно, куда идти. Кто-то из съемочной группы говорит, что нужно стоять в холле, пока нас не позовут. Охранник совершенно точно против — отправляет нас к служебному входу у парковки № 24. Там в подъезде несколько человек охраняют остальное оборудование для съемок и предлагают нам — массовке — подняться наверх к КПП. По широкой лестнице поднимаемся наверх — типичная проходная большого торгового центра, я когда-то работала мерчендайзером и сотни раз проходила через такие. Диссонанс в обстановку вносят несколько девушек, накрашенных и одетых как в ночной клуб. Кажется, они тоже пришли на съемки.

Оглядываю себя. Я об одежде даже не подумала, натянула первое, что вытащила из шкафа — цветастую футболку с длинными рукавами, джинсы и кожаную куртку. Мои новые знакомые тоже недоумевают — никаких требований к одежде вроде бы не предъявляли. Тем временем небольшое пространство перед КПП заполняется людьми — накаченные мужчины в спортивных костюмах, еще несколько нарядных девушек в макияже, женщины и мужчины неопределенного возраста и занятия. Съемочная группа держится немного особняком, у них свои проблемы и вопросы.

Замечаю, как одна из девушек, аккуратно держа сумку за уголок так, будто это горлышко бутылки, прикладывается к ее краю. Приглядываюсь — внутри и правда бутылка красного вина. Сумка, то есть бутылка, отправляется по кругу — желающих скрасить ожидание немало. Но, очевидно, не я одна заметила эти маневры, потому что вскоре владелицу сумки-бутылки и двух ее подруг вежливо просят покинуть помещение. Происходит это так незаметно, что даже обидно — история не получает должного развития.

Из инструкции, которую мне прислали днем в день съемок, я помнила, что массовка должна собраться в 23–00, а войти в помещение супермаркета в 23–10. Но на деле все оказывается не так. Мы ждем, и ждем, и снова ждем — развлекаем сами себя болтовней и рассматриваем остальных участников массовки. И снова ждем, и ничего не происходит. Становится скучно. Наконец в 23–37 на лестницу перед входом в служебные помещения поднимается человек и, не представившись, начинает инструктаж.

Правила простые: употреблять спиртное, ходить по залу супермаркета, брать что-либо с полок или двигать имущество заведения запрещается. Кроме того, на входе нужно предъявить содержимое сумки, чтобы охрана могла промаркировать вещи, входящие в ассортимент магазина — вдруг кто захочет вынести с собой помаду или бутылку воды. Вход организованный, выход тоже. Покинуть съемочную площадку до окончания съемок будет невозможно, поэтому если кто-то не готов тратить ночь — лучше уйти сразу. Все это высказывается категоричным тоном, мне не нравится пункт про невозможность уйти со съемок. Но задание есть задание.

Запускают по несколько человек за раз: сперва съемочная группа, затем массовка. Проходим через коридоры служебных помещений, склад за торговым залом, отделы с фруктами и товарами для дома, и рассаживаемся в небольшом кафе в дальнем углу Interspar`а. Девушка из съемочной группы сперва раскладывает на столике шоколадки, печенье и расставляет бутылки с водой, потом убирает обратно в пакет. По дороге к нам с Сашей и Наташей присоединяется их общая знакомая Оля, еще одна участница массовки, как я сперва подумала. Но в процессе знакомства выясняется, что Оля — актриса театра ТПУ, и ее на съемки пригласили играть кассиршу. Не просто немая фигура на заднем плане, а целая роль. С репликами и гримом!

Снова ждем. За соседним столиком визажистка раскладывает все необходимое для работы и по списку приглашает девушек на грим. Выясняю, что сегодня снимаются сцены, в которых главная героиня (Светлана Гарбар) предлагает своему мужу (Денис Шведов) кандидаток в любовницы из числа покупательниц в магазине. Думаю, что у сценариста и режиссера довольно стереотипизированное представление о женщинах вообще, женах в ситуации измены мужа в частности и покупательницах в супермаркетах в целом.

Ожидание начала работы затянулось. Сперва ждали Дениса Шведова. Затем ставили свет, метили сцену, делали еще разные таинственные кинематографические прелюдии. Люди из массовки бесцельно слонялись по залу, пока не пришел человек из съемочной группы, и не приказал «смиренно ждать» в кафе. Конечно же, представиться он забыл. Я за время ожидания успела: сочинить в соавторстве с моими новыми знакомыми сценарий триллера «Смерть в подсобке» о взбунтовавшейся толпе массовки на съемках в торговом центре; примерить все маски в сториз Инстаграма; посмотреть, как Оля делает сама себе экспресс-макияж. Который, кстати, ей в итоге не пригодился — кассиршу с репликами из фильма вырезали и снимать не стали.

Остальные участники массовки развлекали себя как могли. За соседним столиком молодой человек рассказывал всем желающим — и нежелающим тоже, голос у него театральный, хорошо поставленный, увернуться невозможно — о своей жизни и думах. Кто-то читал, кто-то смотрел видео на смартфоне. Судя по обрывкам разговоров, компания собралась пестрая: промышленный дизайнер, начинающий актер, химик, социальный антрополог, журналистка. Все пришли по объявлению в интернете. Для меня стало сюрпризом, что оплата или хотя бы развоз после съемок не предполагались.

К двум часам ночи я уже подумывала уйти и написать эссе «Как я не снялась в массовке», но тут пришел еще один безымянный организатор съемок и пригласил первые шесть человек на площадку. Остальным разрешили посмотреть на работу съемочной группы при условии, что мы не будем мешать. Я в первую шестерку не попала, но осталась в надежде сняться в следующем эпизоде. Работу начали в отделе молочных продуктов, где персонажи Гарбар и Шведова выбирали молоко и любовницу мужу. И вот тут всех любителей кино, которые никогда не задумывались о съемочном процессе, может ждать разочарование.

Съемки фильма — это безумно скучно, нудно, долго и однообразно. Режиссер ходит вокруг актеров, дает указания, затем они повторяют все на камеру, затем режиссер просматривает отснятый материал, морщит нос, качает головой и предлагает повторить. И так пять-десять-двадцать раз. Зато в перерывах у всех желающих была возможность сделать фото с актерами. Многие участницы этим с радостью воспользовались.

К тому же в отделе молочных продуктов было прохладно из-за работающих холодильников, так что ноги у меня заледенели примерно через час наблюдения за съемками. Некоторые периодически уходили обратно в кафе, погреться и зарядить телефоны. Потом у актера заблестело лицо, и начались суматошные поиски пудры или хотя бы матирующих салфеток. Нашли. Фильм спасен, работаем дальше. Последний дубль, режиссер вроде бы довольна, и нам предлагают переместиться в центральную часть торгового зала для съемок следующего эпизода.

И тут настал мой звездный час. Возможно, если вы когда-нибудь посмотрите фильм «Купон на измену», как бы он не назывался в прокате, то разглядите на заднем плане среди множества людей и меня, внимательно рассматривающую упаковки с кексами.

А снималось это так: режиссер пригласила массовку за собой и показала, куда нужно встать. Мы рассредоточились по залу, а дальше каждый действовал на свое усмотрение. Я старалась в сторону камеры не смотреть, чтобы не выглядело, будто я специально туда поворачиваюсь все время. Кто-то просто стоял и разговаривал в проходе между стеллажами. Режиссер про нас мгновенно забыла и сосредоточилась на главных персонажах.

На сами съемки у меня ушло примерно двадцать минут — как раз успели снять два или три дубля. Точнее сказать не могу, потому что массовке никто отдельных команд не давал, и мы просто стояли на заднем плане, пока Гарбар и Шведов повторяли один и тот же проход по отделу. Мы с Сашей обсудили увиденное за вечер и сошлись на том, что работы с массовкой могло бы быть и побольше. А то получилось, что съемочная группа отдельно, а массовка отдельно и предоставлена сама себе по большей части.

Наконец я решила, что на сегодня магии кино с меня хватит, и пошла искать выход. Вопреки предупреждениям организаторов, выпускали на проходной без вопросов. Я опрометчиво вышла на улицу: четыре часа утра, ледяной воздух, редкие звезды и пустая парковка у торгового центра…

В такси по дороге домой я прокручивала в голове события прошедшей ночи и выстраивала план будущей статьи. В Голливуде массовка — это отдельная статья в бюджете любого фильма, людей набирают буквально на улицах и можно заниматься только съемками в массовке, ничем другим — за эту работу платят, плюс всегда можно перекусить на съемочной площадке. В России, кажется, все организовано немного иначе. Но все же главным для меня остался вопрос — не получи я задание редакции, дождалась бы своей очереди на съемку?

Николай
Коновалов
режиссер, педагог, преподаватель ФЖ ТГУ

Томская короткометражка с Денисом Шведовым в главной роли сейчас в стадии постпродакшна. Фильм еще не готов, но можно смело говорить о том, что для кино в Томске — он стал важным событием. И вот почему так утверждаю. Как никогда становится доступна обычным смертным техника, позволяющая снимать с качеством картинки, близким к кинематографическому. Техническая революция не сразу повлекла за собой творческую. Настоящее кино так и продолжали снимать в больших центрах: Москве и Питере прежде всего. Самородки что-то не появлялись. А кто появлялся — стремился в ту же Москву, учиться и работать. Уделом провинциального кино оставалась телевизионщина и театральщина. А кинематограф совершенно особое искусство, и рассказывать историю киноязыком совсем не то же самое, что снимать театральных актеров, работающих диалог.

Но вот критическая масса накопилась и любительское кинодвижение окрепло: Иркутск, Казань, Новосибирск, Красноярск — пытаются делать что-то настоящее. Три друга в Томске: Евгений Жуков, Артем Сагеев и Дмитрий Моторин затеяли пару лет назад проект CAST, который дает жизнь томским талантам. И вот они краудфандингом собрали денег, взяли в аренду технику, собрали команду и под местный сценарий притащили звезду. И Денис Шведов, и все актеры играли бесплатно. Потому что этот фильм — событие знаковое. В провинции снимают большое кино, пусть короткометражное. Этому самое время. Сеть дает огромные возможности, не нужен кинопрокат, не нужны никакие связи — делай шедевр и бросай его в интернет.

То, что сейчас делают томичи напомнило мне мирамаксовский бунт. Устав стучаться в голливудские двери, создатели открыли свою кинокомпанию, сделав упор на сильные сценарии и актерскую игру.

Кино кажется недостижимой сказкой, оно, конечно так и есть, но внешне — это скучный производственный процесс. Понятно, что с организационной точки зрения сложностей и подводных камней там масса. Но без этой короткометражки, без этого опыта, без таких короткометражек, без такого этапа — большого кино в Томске точно не предвидится. Вот почему я очень жду окончания монтажа настоящего фильма снятого в Томске. Будем посмотреть.

Текст: Катерина Маас

Фото предоставлены командой кинопроекта CAST

Тэги/темы: