18+
18+
Город, Люди, Слова, Интервью, Томск исторический, Дом за рубль, Архитектура и дизайн, Деревянная архитектура, ТГУ, Urban Media School, "Дом за рубль": проект UMS, Томск деревянный дом архитектура восстановление реконструкция Фрунзе Гоголя исторический Молодой и влюбленный строитель.Кто и как восстанавливает дом на Фрунзе, 32а

Молодой и влюбленный строитель.
Кто и как восстанавливает дом на Фрунзе, 32а

Проект одной из команд-участниц школы Urban Media School, организованной Высшей школой журналистики ТГУ и интернет-изданием «Томский Обзор». Школа прошла в январе 2018 года, тогда же была собрана большая часть материала.

Авторы проекта поговорили с тремя инвесторами — участниками программы «Дом за рубль», чтобы выяснить, кто эти люди, которые не боятся взять на себя ответственность за восстановление объектов деревянного зодчества, и почему они помогают сохранить исторический облик города.

С 2016 года в Томске действует программа «Дом за рубль», которая предусматривает льготы по аренде для инвесторов, готовых взяться за восстановление старинных деревянных домов.

Инвесторам уже передано 11 первых зданий, по пяти из ним подтверждены проекты реконструкции, ведутся строительные работы.

Кто эти люди, взявшие на себя такую серьезную ответственность?

Алексею Дубову 31 год, он окончил международный факультет управления ТГУ, после занялся строительством и реставрацией. Сейчас Алексей восстанавливает дом на пр. Фрунзе, 32а/ ул. Гоголя, 25.

— Мы занимались капитальном ремонтом, приводили в порядок объекты после ЧС, сгоревшие деревянные дома. Были среди них и памятники деревянного зодчества. В 2012 году выиграли конкурс на восстановление деревянного дома — не памятника, а барачного типа. Потом начали работать с администрацией Октябрьского района и ремонтировать дома, расположенные в исторической части Томска. Процесс, так сказать, нас очень вдохновил, и мы решили взять дом по программе «Дом за рубль» и отреставрировать его.

Восстановлением занимаются 7–8 человек. Когда взяли этот дом, не думали, что будет так сложно. Все прежние объекты восстанавливали за счет бюджета, было куда проще. Например, дом по ул. Бакунина, 19/1 — там мы работали под контролем Центра по охране памятников, администрация курировала технадзор, жители курировали технадзор. Вот так под общим контролем мы все и делали.

— А почему выбрали по программе именно этот дом?

— По нескольким причинам. Во-первых, из-за площади дома, во-вторых, из-за расположения. Ну и сам дом — то, что он из себя представляет с архитектурной точки зрения. Я хотел, чтобы это был обязательно дом с цоколем, меня интересовал процесс восстановления его дореволюционного облика. Это важно со всех точек зрения — такие дома выглядят симпатичнее.

На аукционе мы рассматривали несколько объектов. Прежде чем выбрать этот, заезжали на Кирова. Но там часть дома оказалась уже в собственности, часть отдавали в аренду, мы решили, что нам нет смысла браться за все это. Потом проехали по остальным домам, посмотрели на их состояние. На мой взгляд, многие объекты уже не подлежат восстановлению. Будем откровенно говорить — их надо просто сносить. Хотя и про мой дом мне прямо говорили, что он рухнет. А я увидел, что на самом деле он добротный и цельный. Поэтому как таковых замен здесь немного.

— Интересовались историей дома?

— Да, ходил в архив после того, как взял дом, хочется восстановить его исторический облик. Но вот парадокс: по всем домам, про которые коллеги мне рассказывают, что-то есть, а про наш — ничего. Дом не является памятником, это типовая застройка конца XIX — начала XX века.

Например, брусовая пристройка сделана уже в 1970-е годы. Цоколь тоже оказался уже из нового кирпича, то есть была реконструкция. А вот кладка из бревна полностью историческая.

Вообще, материалы — отдельная история при восстановлении. Огромная проблема найти старый «царский» кирпич, чтобы дом выглядел красиво, не глянцево. Мы эти кирпичи собирали по всем домам, узнавали, где их «официально» можно найти. Нам повезло — разбирали забор возле бывшего медицинского училища на Кирова.

При подготовке дома немного вглубь копали. Потому что дом раньше стоял высоко, над болотистой местностью. Со временем он уходит вниз. Грубо говоря, мы вышли на его историческую точку. Под новым кирпичом лежит старый, внизу там бутовый фундамент, все перемешано.

— Что планируете здесь разместить после завершения работ?

— На самом деле, мы так до сих пор и не определились. Либо возьмем дом себе под офисные помещения, либо будем сдавать в субаренду. Но гостиницы точно не будет. Пока на повестке дня текущие дела. Например, очень сложная процедура согласования документации. Думаю, самое интересное начнется, когда нам надо будет подключать его к сетям. И если по водоснабжению и теплоснабжению проблем нет, то по электричеству тех условий, которые раньше были, уже нет. Грубо говоря, эти мощности отдали другим домам.

Есть и административные сложности. Если Комитет по сохранению исторического наследия проверяет, как это будет выглядеть с исторической точки зрения, то проектно-сметное бюро проверяет все технические стороны, и их взгляды абсолютно не совпадают. Встречается очень много мелких недочетов, а чтобы все их пройти, уходит больше года. Нужно, чтобы вся процедура выдачи документов проходила в режиме «единого окна». В общем, восстановить дом — это сложно. Требуются время и терпение. И средства. Но терпение — самое главное.

— Что же вами движет в первую очередь?

— Интерес. Если не быть увлеченным, не заниматься этим, не прорабатывать каждый элемент, то ничего из этого не получится. Чисто коммерческий интерес — это не для деревянных домов. Мы все время встречаемся с коллегами, моделируем, думаем, как лучше сделать. Каждый элемент прорабатывается очень тщательно.

С другими инвесторами также периодически перезваниваемся. Советуемся, делимся общими проблемами, решаем технические вопросы. Александр Беликов, кстати, делал нам наличники.

Вот, допустим, когда-то на Бакунина мы реставрировали старые наличники. А здесь уже не отреставрируешь, они сгорели. Но на самом деле, даже эти сгоревшие наличники — уже новодел 1970-х.

— На что бы вы посоветовали обратить внимание на моменте согласования техзадания?

— Техническая часть очень важна, конечно. Техническо-историческая, я бы даже сказал. Потому что в моем понимании дом должен быть картинкой, визитной карточкой. Он должен быть интересным и красивым.

— Нужна структура, аналогичная «Томскреставрации»?

— Безусловно. Специалисты могут работать в разных местах, но объединяющая структура должна быть. На самом деле удивительно, что в нашем историческом городе трудно найти специалистов в архитектуре, строительстве, ремонте деревянных домов. У нас работают несколько человек из «Томскреставрации», то есть они имеют опыт в этой сфере.

Еще считаю, что каждый инвестор должен иметь инструкцию, знать, где он возьмет брус, где гвозди, где кирпич. И специалистов, конечно.

Вообще, стройка — это непрерывный процесс. Стоило нам уехать на два-три месяца, здесь сразу же поселились бомжи, дом начал просто умирать. Заниматься восстановлением домов, чтобы заработать денег — нереально. Иногда я думаю — зачем вообще за это взялся… Потому что сложностей возникает столько, что это даже тяжело передать. Но все равно влюбляешься в процесс. Как его уже бросишь? Столько сил, столько средств вложено. И посмотрите, какой красавчик-дом получается!

Авторы проекта:

Андрей Иванов — идейный вдохновитель, кооординатор движения «Томск Сойер Фест».

Анна Морозова — к.и.н., доцент ИФ ТГУ.

Дарья Мельник — студент-переводчик.

Елена Ерофеева — гид, автор экскурсионного проекта «Спрятанный в Сибири».

Екатерина Понимаева — магистрант-урбанист.

Фото: Алёна Кардаш

Тэги/темы: