18+
18+
Краеведение, Люди, Городские истории, Интерьер недели, Квартира недели, Валентина Бейкова, томск сулакшины дом тпу политех Квартира-история: родовое гнездо Сулакшиных

Квартира-история: родовое гнездо Сулакшиных

АВТОР
Валентина Бейкова

В прошлом материале о профессорских квартирах мы рассказали об известных обитателях жилого крыла «физического» корпуса ТПУ, поселившихся там в начале прошлого века. Сегодня отправляемся в гости к жильцам «химического» корпуса Политеха.

Мы уже говорили о том, что квартиры для профессоров вуза по проекту архитектора Роберта Марфельда были предусмотрены изначально. Согласно плану здания, в «химическом» корпусе насчитывалось сразу три жилых крыла с одной квартирой на этаже в каждом. Еще в советское время квартиры были поделены.

В той жилой части, о которой пойдет речь, сегодня два подъезда, в одном из них три квартиры, в другом — шесть.

Профессорская семья

Студенты и обычные прохожие часто прогуливаются вдоль второго корпуса ТПУ и проходят мимо старой деревянной двери в правом крыле здания. Кто-то считает, что это очередной запасной выход, кто-то и вовсе ее не замечает.

Но если присмотреться повнимательнее, то на косяке можно увидеть кнопки дверного звонка, а в самой двери есть отверстие для писем.

Это вход в парадный подъезд жилого крыла.

У дверей нас встречает хозяйка одной из квартир и хранительница фамильного «гнезда» Ольга Сулакшина, дочь известных томских профессоров Степана Степановича и Галины Алексеевны Сулакшиных.

Кандидат технических наук Степан Степанович вместе со своей супругой Галиной приехали в Томск в 1952 году после окончания аспирантуры в Московском геологоразведочном институте. Сулакшин был зачислен в ТПИ на должность старшего преподавателя кафедры «Геология и разведка полезных ископаемых».

«Через три дня после приезда родителей на сибирскую землю родился мой старший брат Александр, — вспоминает Ольга. — Тогда ТПИ выделил им квартиру на третьем этаже в жилой части геологоразведочного корпуса на углу проспекта Кирова и улицы Советской. Через два года родились я и мой брат-двойняшка Степан. Вместе с нами еще жила бабушка, мамина мама».

На первом фото Сулакшины-младшие — на фоне геологоразведочного корпуса и в первой квартире, 1957 год
Фото: из семейного архива Сулакшиных

В 1965 году Степан Степанович защитил докторскую диссертацию, а в 1975 году и Галина Алексеевна. По требованиям тех лет двум профессорам полагались дополнительные квадратные метры, и Сулакшины переехали в «химический» корпус в квартиру попросторнее.

Квартира имела два входа — парадный с проспекта Ленина, и бывший «черный» — со двора. Позднее ее поделили на две, каждую со своим входом.

Былое величие

Зайдя в подъезд, становится ясно, что ремонт здесь давно не проводили, но он до сих пор сохранил свое очарование.

Парадная встречает нас высоким сводчатым потолком, лестницей, украшенной перилами из старого кедра с чугунной ковкой. Освещают помещение окна со старыми обветшалыми рамами. Краска на стенах местами облупилась и облезла.

Напольная плитка прекрасно сохранилась. Только в пролете между первым и вторым этажами она местами треснула и расшаталась. Нам удается вынуть одну, на оборотной стороне мы видим штамп Товарищества барона Эдуарда Бергенгейма, которое находилось в Харькове.

Возвращаем ценную реликвию на место и идем дальше.

На каждой площадке подъезда две двери. Одна ведет в квартиру, вторая — в учебные помещения вуза. Раньше преподаватели могли прямо из квартиры через площадку перейти в учебную аудиторию.

Сегодня этими дверями никто не пользуется, и они намертво заколочены.

«Помню, когда мы были маленькими, в двери напротив нашей квартиры было небольшое отверстие на месте замочной скважины, — рассказывает Ольга Сулакшина. — И мы любили подсматривать за студентами в аудитории, а студенты иногда с любопытством заглядывали к нам».

Ольга Степановна приглашает нас войти в квартиру, бывшую часть прежней общей профессорской квартиры, где сегодня проживает ее дочь с семьей.

Здесь еще не было капитального ремонта, поэтому тут можно увидеть старую лепнину и столетний паркет Херсонской паркетной фабрики.

За дверью в одной из комнат стоит огромной высоты приставная лестница. Высота потолков в квартире около пяти метров, и лестницу используют для того, чтобы повесить или снять шторы, вымыть окна.

Деревянная помощница сама по себе является предметом истории, потому что досталась Сулакшиным от прошлых жильцов, возможно, и дореволюционных, и до сих пор служит верой и правдой.

Найденные сокровища

Чтобы увидеть вторую половину профессорских апартаментов, теперь самостоятельную отдельную квартиру, нам нужно выйти на улицу и пройти ко второму подъезду, который раньше считался черным входом.

Он не имеет особых украшений и напоминает подъезды советских «хрущевок».

В квартире Ольги Степановны недавно был выполнен капитальный ремонт. По словам хозяйки, полтора года ушло на основные ремонтные работы, еще полтора — для того, чтобы каждая даже самая маленькая деталь нашла свое место.

Ремонт хозяйке давался тяжело. Сначала требовалось разработать проект перепланировки и согласовать ремонтные работы со всеми инстанциями, в том числе и с самим университетом.

После хождения по бюрократическим мукам, строители перешли к активным действиям, снесли не несущие стены, сняли старый паркет, который уже не подлежал реставрации, и слой столетнего набела со стен. Из-за пятиметровых потолков рабочим приходилось прямо в квартире собирать козлы, потому что они были огромных размеров.

Фото из архива О.С. Сулакшиной

Первоначально в квартире был длинный коридор с расходящимися по обе стороны комнатами.

При «дележке» квартиры в советские времена старинный камин достался соседям Сулакшиных. О его существовании напоминала лишь дугообразная кладка кирпичей в основании одной из смежных стен, которую во время работ очистили строители.

Фото из архива О.С. Сулакшиной

«Во время ремонта я сказала рабочим, что если они найдут клад, чтоб тут же обязательно мне сообщили. Они даже достали металлоискатель и обследовали всю квартиру, но ничего ценного так и не нашли, — смеется Ольга Степановна. — Зато под толстым слоем набела отыскалась кованая решетка вентиляции, на оборотной стороне которой стоит дата — 1899 год».

По словам старых жильцов, вентиляция в жилой части корпуса всегда была идеальной. Несмотря на толстые стены и соседство с химическими лабораториями, в квартире и зимой, и летом был свежий воздух. Со временем старая система вентиляции была нарушена, теперь в подъезде частенько пахнет лекарствами и другой химией.

Среди памятных «сокровищ» в коллекции хозяйки хранятся тяжелые металлические ножки для ванной, изображающие лапу птицы, которая в когтях держит земной шар, и медный кованый уголок, который, скорее всего, использовался для крепления полок.

Новое с заботой об истории

Ольга Степановна, теперь — хранительница «родового гнезда», все же решила придать квартире современный облик. В ней появилась просторная гостиная со столовой зоной и второй этаж с зимним садом и спальней хозяйки.

Кухня в профессорской квартире осталась на своем первоначальном месте. Сегодня она приобрела современный вид, но предметы истории прекрасно вписались в новую обстановку.

Так на стене у входа нашла свое место отреставрированная ключница из геологоразведочного корпуса, в которой сегодня хранится коллекция колокольчиков.

Этой ключнице столько же лет, сколько и самому политехническому. Раньше она висела в одной из аудиторий вуза

Берегут на этой кухне и семейные кулинарные традиции.

«В моем детстве на Новый год на столе всегда присутствовал холодец, и мама обязательно готовила чахохбили. Еще у нее был свой фирменный рецепт орешкового торта. Все детство на новогодние праздники мы ели эти торты. Теперь его готовлю я для своих детей и внуков, — делится Ольга Степановна. — Папа был заядлым рыбаком и охотником, поэтому я могу приготовить рыбу в любом виде, могу запечь зайца и глухаря».

В кухне есть арка, которая ведет в хозяйственную, а затем ванную комнату. Ванная комната — еще одна гордость хозяйки. В этом помещении она собрала свои впечатления от поездки в Лондон. Здесь нашли свое место шотландская клетка на кафеле «Бейкер-стрит» и разные стилизованные мелочи.

Пройдя в гостиную, за раздвижными стеклянными дверьми видим вход в небольшую комнату. По словам Ольги Сулакшиной раньше здесь был кабинет ее отца. Атмосферу, царящую в рабочем кабинете профессора, детально описала в своих воспоминаниях его внучка Мария Шабанова.

«В моей памяти деда Степа навсегда останется символом мудрости, справедливости, добра. Помню его рабочий кабинет, стол, покрытый зеленым сукном и тяжелым стеклом, под которым лежали фотографии родных, исписанные дедушкиным неровным почерком кусочки бумажек с номерами телефонов родственников, с датами дней рождений детей и внуков. Помню, как в кабинете всегда было тихо и необыкновенно спокойно, стоял неповторимый запах бумаг, чертежей и чего-то еще, что исчезло потом вместе с любимым дедом. На диване лежали колючая медвежья шкура и мягкая подушка с рисунком гончих собак, помню, как только ты ложился на диван, глаза сами собой закрывались, и ты проваливался в быстрый, но глубокий сон. Так на меня действовала эта умиротворяющая атмосфера», — вспоминает Мария.

Сегодня в комнате стоит диван и деревянный буфет. Профессорский стол увезли на дачу, а вот та самая подушка с рисунком гончих собак, точнее наволочка, до сих пор сохранилась. Цвета на ней давно поблекли, но это и не удивительно с учетом того, сколько ей лет. По словам Ольги Степановны, эту подушку с гончими ее отцу подарила еще его мама.

Во время ремонта в кабинете рабочие очистили 100-летний кирпич, и хозяйка попросила, чтобы часть кирпича оставили, позднее этот участок обрамили. Здесь теперь размещены фотографии родственников Ольги Степановны по папиной и по маминой линии. У окна на той же стене нашли свое место в рамках под стеклом очки и часы родителей и бабушки.

Возвращаемся в гостиную-столовую. Раньше, по словам хозяйки, часть комнаты занимал коридор, часть — спальня родителей. Эта комната, как и вся квартира, пропитана историей. На полках нашли свое место сувениры из камней, подаренные профессору-геологу его учениками со всех уголков бывшего Советского Союза.

«Суммарно мама с папой проработали в Политехе 100 лет. Можно представить, какое количество студентов они выпустили за это время. Ученики очень любили и уважали отца, и эти сувениры они дарили ему на юбилеи, — делится Ольга Степановна. — С Дальнего Востока студенты привозили в подарок чучела и рога животных, все это тоже сохранилось».

С потолка свисает старая хрустальная люстра, с любовью отреставрированная хранительницей семейной истории Ольгой Сулакшиной.

«У меня две старинные люстры, здесь и в кабинете, хотелось придать им первоначальный вид. В этом мне очень помог реставратор из нашего краеведческого музея Владимир Фадеев, — делится Ольга Степановна. — Он отыскал в архивах фотографии люстр, которые были в Политехе, и сразу сказал, что она должна выглядеть не так, как выглядела на тот момент. Сначала по крупицам создавали первоначальный рисунок люстры, потом я бегала по всему Томску, чтобы отыскать нужные детали. Недостающие хрустальные подвески заказывала у Рязанской хрустальной компании. Воссоздать ее образ полностью не удалось, обратите внимание, что у этой люстры три плафона одинаковые, а два — нет, просто отыскать точно такие же в городе не получилось».

Далее проходим в кабинет хозяйки. Здесь два рабочих стола, шкафы с личными вещами и документами Степана и Галины Сулакшиных, на стенах те самые рога и головы животных, подаренные учениками, на рабочем месте стоит старая настольная лампа, одну из стен украшает ковер из 60-х.

«Частенько мне говорят, что пора бы убрать этот ковер, потому что их давно никто на стены не вешает, а я не могу, рука не поднимается, это настоящий профессорский ковер, родительский, память о них. Я просто предусмотрела в современном интерьере кабинета детали, которые увязывают все в единый ансамбль», — делится Ольга Степановна.

В гостиной есть лестница, ведущая на второй этаж, на стене вдоль нее красуются репродукции с видами старинного Томска.

Хранительница родового гнезда признается, что трепетно относится не только к истории своего рода, но и к истории родного города.

А наверху прямо перед лестницей нас встречает еще один небольшой памятный уголок.

В специально отведенной нише представлены кожаный портфель Степана Степановича и саквояж его супруги, с которыми они приехали в Томск в далеком 1952 году.

Здесь же нашли свое место сумочки, футляры для очков и шкатулки для украшений и Галины Алексеевны и ее мамы, бабушки Ольги Сулакшиной.

«Два узких книжных шкафа родители тоже привезли с собой из Москвы, — указывает на библиотечную мебель дочь профессоров. — Такие шкафы часто можно встретить в старых фильмах о войне, особенно про Сталина. Тот, что побольше я уже заказывала у мастеров, чтобы он не выбивался из общей картины».

Старые книжные шкафы сегодня и более полувека назад
Фото: Вероника Белецкая, из архива семьи Сулакшиных

Детство с игрушками и вкусом волшебства

Стоя на втором этаже, лучше чувствуешь масштабы квартиры и высоту помещения. По словам Ольги Степановны, ее рабочий кабинет раньше был частью большой гостиной, и в семье была добрая традиция каждый Новый год устанавливать елку высотой под самый потолок.

«Когда мы были маленькими, родители не давали нам наряжать елку. Меня с братьями отправляли куда-нибудь, а потом мы заходили в комнату, и там уже стояла наряженная красавица. С того времени игрушек осталось совсем мало, потому что на моей памяти елки бывало падали, игрушки разбивались, — вспоминает хозяйка квартиры. — В нашем детстве всегда был Дед Мороз. Помню, мы жили еще в геологоразведочном корпусе на третьем этаже, нам с братом было лет по шесть-семь, раздавался звонок в дверь, мы открываем — на площадке куча снега, а внизу хлопает входная дверь. Мы эту кучу разгребаем, а там подарки, коробки, набитые снегом. Как-то мне Дед Мороз принес швейную машинку, братьям — китайские кеды. Так что в Деда Мороза верили на все сто процентов. Помимо большой елки, мне в кукольный уголок обязательно ставили еще небольшую елочку. Я клала под нее носки, и до самого Нового года в них все время что-то появлялось: то орешки, то конфеты, то мандаринка. А 31 декабря все домочадцы складывали свои носки под главную елку, и наутро в этих носках забирали свои подарки. Эта традиция осталась до сих пор. И мои дети верили в Деда Мороза, и внуки теперь складывают носки под елку и верят в волшебного дедушку».

Ёлка 1956 года у Сулакшиных
Фото: из архива семьи Сулакшиных

На втором этаже находится спальня хозяйки. Она небольшая, здесь много комнатных цветов и семейных фотографий. На самой большой изображены маленькие Александр, Ольга и Степан Сулакшины.

«Папа вырезал мальчишкам пистолеты и автоматы из дерева, а я, как любая девочка, любила играть в куклы. Сейчас все игрушки поселились на даче, и мне очень приятно, что с моей куклой теперь играют мои внучки», — делится Ольга Степановна.

Александр, Ольга и Степан Сулакшины. С отцом во дворе корпуса, на зимней прогулке возле корпусов ТПУ с мамой и на прогулке в Лагерном саду. 1957 г.
Фото: из архива семьи Сулакшиных

Дочь профессоров Сулакшиных убеждена в том, что стремление сохранить историю рода — это самый правильный путь.

«Кто-то очень легко расстается со старыми вещами, я так не могу. В этой квартире живет уже четвертое поколение нашей семьи. Мои дети пропитаны историей, мои внуки живут в этой истории, они ее знают, видят и прикасаются к ней каждый день, — делится Ольга Степановна. — Я считаю, что так и должно быть, именно так и формируется связь поколений».

Текст: Валентина Бейкова
Фото: Вероника Белецкая, архив О.С. Сулакшиной

Тэги/темы: